По внешним и технологическим признакам височные кольца делятся на группы: проволочные, бусинные, в которой выделяется подгруппа ложнобусенные, щитковые, лучевые и лопастные.

Проволочные височные кольца.


Величина и форма проволочных колец служат признаком для выделения в них отделов: перстнеобразных, браслетообразных, среднего размера колец и фигурных. Среди первых трех отделов существует деление на типы: замкнутые (со спаянными концами), завязанные (варианты: с одним концом и двумя концами), простые несомкнутые (рис. 1); с заходящими концами (варианты: крестообразные, в полтора – два оборота (рис. 2), с перегибом; загнутоконечные; S-конечные (рис. 3); плоскоушковые; крюкоконечные; петлеконечные; втульчатые.

Самые малые из проволочных перстнеобразные либо нашивали на головной убор, или вплетали в волосы. Они были широко распространены в X-XIII вв. по всему славянскому миру и не могут служить ни этническим, ни хронологическим признаком. Однако, полуторооборотные замкнутые проволочные кольца свойственны для юго-западной группы славянских племен [8].


Бужане (волыняне), древляне, поляне, дреговичи.

Для них характерны проволочные перстнеобразные височные кольца диаметром 1 до 4 см. Наиболее частыми являются кольца с несомкнутыми и заходящими друг на друга концами и, как разновидность последних, полуторооборотные кольца. Гораздо реже попадаются кольца загнутоконечные и S-конечные, а также полихромные, однобусенные и трехбусенные зерненые кольца.

Северяне.


Этнографическим признаком северян являются проволочные фигурные спиральные кольца XI-XII вв., (рис. 4). Женщины носили их по два – четыре с каждой стороны [8]. Данный вид колец произошел от сприральных височных украшений, распространенных на левобережье Днепра в VI-VII вв., (рис. 5).

К наследию более ранних культур можно отнести встречающиеся на памятниках северян лучевые ложнозерненые литые височные кольца VIII-XIII вв., (рис. 6) Они представляют собой поздние копии дорогих ювелирных украшений. Кольца XI-XIII вв. отличаются небрежностью изготовления [2].

Смоленско-полоцкие кривичи.


У смоленско-полоцких кривичей были браслетообразные проволочные височные кольца. Они крепились кожаными ремешками к изготовленному из бересты или ткани головному убору типа кички от двух до шести у каждого виска [8]. В основном это были кольца с двумя завязанными концами (XI – начале XII в.) и одним завязанным концом (XII-XIII вв.) [2]. В верховьях рек Истры и Клязьмы выявлен значительный процент встречаемости S-конечных колец (X-XII вв.), в то время как других регионах они встречаются достаточно редко, (рис. 7).


Псковские кривичи.


На этой территории встречаются браслетообразные проволочные височные кольца с заходящими концами крестообразные и загнутоконечные. Иногда к кольцам подвешивались на цепочках бубенчики с крестообразной прорезью (X-XI вв.) или трапециевидные (иногда подтреуголье) привески с циркульным орнаментом, (рис. 8).

Для словен новгородских характерны щитковые височные кольца. Наиболее ранним типом является кольцо диаметром 9-11 см с четко вырезанными ромбическими щитками, внутри которых пунктиром был изображен крест в ромбе. Окончания креста оформлялись тремя кружками. Оба конца кольца завязывались или один из них заканчивался щитком. Такой тип называется классическим ромбощитковым [8]. Он бытовал в XI – первой половине XII вв. Для конца XI-XII вв. характерен рисунок креста в ромбе и четырьмя кружками на поле. Со временем щитки становятся сглаженными, а затем и овальными. В орнаменте крест заменяют кружки или выпуклины. Уменьшается и размер колец. Характерными для конца XII-XIII вв. являются втульчатоконечные кольца, орнаментированные выпуклинами или продольным ребром [2]. Способ ношения этих колец аналогичен проволочным браслетообразным.


В XIII-XV вв. у словен новгородских широкое распространение получают серьги в виде перевернутого знака вопроса [8, 9], (рис. 9).

Анализируя символику этих типов височных колец Б.А. Рыбаков [7] пишет: «Круглая кольцевидная форма, позволяющая говорить о солярной символике, была у височных колец дреговичей, кривичей и словен новгородских. У словен большое проволочное кольцо расплющивалось в 3-4 местах в ромбические щитки, на которых гравировалась крестообразная фигура или квадратная «идеограмма нивы». В этом случае солнечный символ — круг — сочетался с символом земного плодородия».

Вятичи и Радимичи.


Лопастные и лучевые кольца.
Самые ранние лучевые кольца, (рис. 10), относятся к Роменской и Боршевской культурам VIII-X вв. [8]. Образцы XI-XIII вв. отличаются грубой выделкой [2]. Бытование древнейшего типа семилопастных колец относится к XI в., (рис. 11).

В своей работе Т.В. Равдина [4] отмечает, что «древнейшие семилопастные височные кольца размещены, за одним исключением, за пределами ареала классических семилопастных колец». В той же работе говорится так же, что «постепенного хронологического и морфологического перехода от древнейших семилопастных XI в. к семилопастным москворецким XII-XIII вв. нет». Однако находки последних десятилетий показывают, что это не совсем так. Например, несколько древнейших семилопастных колец найдено в Звенигородском районе Московской области [10]. По имеющимся у меня достоверным данным, фрагменты этого типа колец часто встречаются наряду с фрагментами, как его называют археологи, первого типа простого семилопастного кольца, (рис. 12), на поле, близ бывшего (почти полностью уничтожено оползнями в реку) городища Дуна (Тульская обл., Суворовский р-н).



По данным археологов этот тип бытовал на рубеже XI-XII вв., а стало быть, несмотря на отсутствие переходной формы, мог быть следующей ступенью развития семилопастного кольца [6]. Для данного типа характерны малые размеры, каплевидные, скругленные лопасти и отсутствие боковых колечек. В первой половине XII в. на кольцах появляются боковые колечки, заштрихованный орнамент, заходящий на каждую лопасть острыми кончиками, секировидная форма лопасти, (рис. 13).

В середине века существовало много переходных вариантов семилопастных колец. Например, бывают кольца: с боковыми колечками и каплевидными лопастями; с орнаментом и каплевидными лопастями; с секировидными лопастями, но с незаходящим на них орнаментом и т.д. Для поздних колец характерно наличие всех трех признаков, (рис. 14).

Развитие семилопастного кольца во второй половине XII-XIII вв. идет по пути увеличения размеров, а так же усложнения узоров и орнаментов. Существует несколько типов сложных колец конца XII – начала XIII вв., но все они достаточно редки. Количество лопастей может быть также три или пять, (рис. 15), однако их количество не влияет ни на типологию, ни на хронологию.’


Нельзя не обойти вниманием одну неувязку, отмеченную Т.В. Равдиной [5]. Дело в том, что район, где выявлено наибольшее количество поздних семилопастных колец, а именно Подмосковье, согласно летописям вятическим не был. Напротив, летописные вятические верховья Оки характеризуются небольшим количеством находок этого типа колец. Отсюда встает законный вопрос: правомерно ли считать поздние семилопастные кольца атрибутом племени вятичей?


Следует отметить, что древнейший тип семилопастных колец так же часто встречается на земле Радимичей и его определяют, как прототип семилучевых, (рис. 16), XI-XII вв. [4]. Подмечая этот факт, Б.А. Рыбаков [7] делает вывод, что данный «тип попал, очевидно, волго-донским путем в землю Вятичей и Радимичей, был хорошо воспринят местным населением и просуществовал, видоизменяясь, до XIII в., дав начало радимичским семилучевым височным кольцам X — XI вв. и вятическим семилопастным XII в., дожившим до татарского нашествия. В основе его кольцо, в нижней части которого торчат вовнутрь несколько зубчиков, а вовне — более длинные треугольные лучи, часто украшенные зернью. Связь с солнцем ощущается даже в научном наименовании их — «семилучевые». Впервые попавшие к восточным славянам кольца этого типа не были чьим-либо племенным признаком, но со временем закрепились в радимичско-вятических землях и стали в X — XI вв. таким признаком этих племен. Носили семилучевые кольца на вертикальной ленте, пришитой к головному убору». Подобные наборы украшений называются ленточными [1].


Городские украшения.

К ленточным относятся и украшения с бусинными височными кольцами. От перемещений насаженные на кольцо бусины фиксировались обмоткой тонкой проволокой. Эта обмотка создавала также интервалы между кольцами.


Бусинные височные кольца имеют разновидности [6]: гладкие, имеют варианты: кольца с бусинами одинакового размера, X — нач. XIII вв., (рис. 17), и кольца с бусинами разного размера, XI — XIV вв.; ложчатые XI-XII вв.; гладкие со сканью, (рис. 18); мелкозерненые (рис. 19); крупнозерненые XII-XIII вв.; ажурно-филигранные, (рис. 20); зернено-филигранные XII в., (рис. 21); узелковые XI в., (рис. 22); комбинированные, (рис. 23); полихромные X-XI вв., с бусиной из пасты, стекла, янтаря или камня.


Отдельно следует выделить височные кольца с бусинами сложной формы, украшенными сканью, (рис. 24). Данный тип, называемый Киевским был широко распространен в XII- первой половине XIII в. в княжествах, находившихся на территории современной Украины.


В сельской местности, кроме Суздальского ополья, бусинные кольца встречаются не часто, но они были широко распространены среди зажиточных горожанок. Ленты с набором трехбусинных колец обычно завершались связкой из двух-трех подобных колец или утяжеленной красивой привеской, (рис. 25).


С первой половины XII в. такой привеской стал звездчатый колт [5] с широкой дужкой и уплощенным верхним лучом, (рис. 26). Во второй половине столетия вместо верхнего луча появляется лунничная часть с узкой дужкой.


Со временем размеры колтов уменьшаются. Сканно-зернистые лучевые колты являлись подлинными шедеврами древнерусского ювелирного искусства. Украшением высшей знати были лунничные полые колты, выполненные из золота и украшенные с обеих сторон эмалевыми рисунками, (рис. 27, 28).


Существовали подобные колты и из серебра, (рис. 29). Они украшались чернью. Излюбленными мотивами были изображения русалок (сиринов) с одной стороны и турьих рогов со стилизованными семенами с другой. Близкие изображения можно встретить и на других украшениях, описанных в статье Василия Коршуна «Древнерусские привески и амулеты XI – XIII веков«. По мнению Б.А. Рыбакова подобные рисунки являли собой символы плодородья [7]. Лунничные колты обычно носились на цепочке, закрепленной к головному убору в районе виска.

Во второй половине XII в. стали появляться полые эмалевые лунничные колты, выполненные из меди. Они украшались позолотой и эмалевыми рисунками. Сюжеты рисунков были схожи с теми, что были на их «знатных» аналогах. Медные колты, естественно, были значительно дешевле, нежели колты из драгоценных металлов, и получили более широкое распространение, (рис. 30-32).



Еще более дешевыми были отлитые в жестких имитационных литейных формах колты из оловянисто-свинцовых сплавов, (рис. 33, 34), бытовавшие до XIV в. [9]. Так единичными поздними дешевыми переливками, напоминающими капли слез по утраченному древнему ювелирному искусству, закончилась эпоха височных украшений домонгольской Руси. Монголо-татарское нашествие нанесло непоправимый удар, как по бытовавшим техникам, так и традициям. Для того чтобы оправиться от него, понадобилось не одно десятилетие.

Автор: Василий Коршун.

7lostworlds.ru

Украшения древних славян Одним мужчинам женская любовь к побрякушкам служит поводом для шуток, другим – для восхищения. А ведь традиция надевать на себя безделушки пришла к нам от далеких предков. Древние люди считали, что через отверстия нашего тела могла вылететь душа человека, или, наоборот, могло проникнуть внутрь какое-нибудь недоброе волшебство. Также следовало магически защитить и более всего подверженные ранениям и ушибам руки и ноги. Наконец, требовалось защитить энергетические центры и каналы тела. Не слишком доверяя своей способности противостоять злу, люди старались защитить свое тело с помощью предметов из кости, дерева или металла.
нечно, дерево предпочиталось «благородных» пород: дуб, береза, сосна. Кость должна была быть от сильного неустрашимого животного: медведя, тигра. Но лучше всего для охраны души и тела подходили металлы и драгоценные камни. Старославянские мифы роднят золото и серебро с солнечным светом и молниями бога Перуна – главного из языческих богов. Таким образом, украшения в древности имели религиозный, магический смысл. Украшения надевали не столько «для красоты», сколько в качестве амулета, священного талисмана. Древнеславянский женский наряд включал в себя (как, впрочем, и сейчас) гораздо больше украшений, нежели мужской. С древнейших, поистине пещерных времен женщина была объектом едва ли не религиозного поклонения со стороны своего вечного друга и спутника – мужчины. Во-первых, женщина рожает детей. Во-вторых, именно женщина оказывается носительницей древней мудрости племени, его мифов и легенд. В глазах наших предков женщина не только не являлась «сосудом» злых сил – наоборот, она была существом куда более священным, чем мужчина. А значит, ее, как и все священное, требовалось особенно бережно охранять. Отсюда – при мало-мальском достатке – и золотая парча девичьих налобных повязок, и многоцветные бусы, и перстни. Учёные пишут, что славяне, расселявшиеся в VI— VII веках по лесной полосе Восточной Европы, оказались оторваны от традиционных мест добычи цветных металлов.
этому вплоть до VIII века у них не выработалось какого-то особого, только им присущего типа металлических украшений. Славяне пользовались теми, что бытовали тогда по всей Европе, от Скандинавии до Византии. Однако славянские мастера никогда не довольствовались подражанием образцам, перенятым от соседей или привезенным купцами и воинами из чужедальних земель. В их руках «общеевропейские» вещи скоро обретали такую «славянскую» индивидуальность, что современные археологи успешно определяют по ним границы расселения древних славян, а внутри этих границ — области отдельных племён. Но и процесс взаимного проникновения, взаимного обогащения культур не стоял на месте, благо в те времена не было строго охраняемых государственных границ. И вот уже иноземные кузнецы копировали новый славянский фасон и тоже по-своему его претворяли, а славяне продолжали присматриваться к веяниям «зарубежной моды» — западной и восточной. Гривна Металлический обруч, надетый на шею, казался древнему человеку надежной преградой, способной помешать душе покинуть тело. У нас его называли «гривной». Это название родственно слову «грива». По-видимому, это слово в древности означало «шея». У некоторых народов гривны носили мужчины, у других – женщины, но ученые утверждают, что всегда и у всех, в том числе у славян, это был признак определенного положения в обществе, очень часто вроде ордена за заслуги. Гривны нередко находят в женских погребениях древних славян. Поэтому археологи с полным правом настаивают, что это было «типично женское» украшение, наподобие бус и височных колец. Древние славянские мастера делали гривны из меди, бронзы, биллона (меди с серебром) и из мягких оловянно-свинцовых сплавов, нередко покрывая их серебром и позолотой. Драгоценные гривны делались из серебра. Древние славяне носили разные виды гривен, отличавшиеся способом изготовления и соединения концов. И конечно, каждое племя предпочитало свой, особенный вид. Дротовые гривны делали из «дрота» — толстого металлического прутка, обычного круглого или треугольного в разрезе. Кузнецы перекручивали его клещами, раскалив на огне. Чем горячее был металл, тем мельче получалась «нарезка». Чуть позже появились гривны из ромбического, шестиугольного и трапециевидного дрота. Их не скручивали, предпочитая выбивать сверху узор в виде кружков, треугольников, точек. Эти гривны находят в курганах X – XI веков. Похожие, только соединенные не замочком, а просто далеко заходящими друг за друга концами, изготавливали сами славяне. Разомкнутые концы таких гривен находились спереди. Они красиво расширяются, зато тыльная сторона, прилегающая к шее, круглая, чтобы удобнее было носить. Их обычный орнамент состоял из треугольников с выпуклостями внутри. Их археологи называют «волчий зуб». Такие гривны, сделанные из биллона, бронзы и низкопробного серебра, носили в X – XI веках в племени радимичей. В XI – XII веках радимичи стали соединять концы гривен красивыми квадратными бляхами, штампованными или литыми. Некоторые бляхи, рассеянные на значительной территории, отлиты явно в одной мастерской, даже в одной формочке. Это говорит о развитой торговле и о том, древнерусские мастера-ювелиры работали не только на заказ, но и на рынок. Некоторые шейные обручи, сделанные из толстой или бронзовой проволоки, носили «просто так», без дополнительных украшений. Но если железная или цветная проволочка была достаточно тонкой, на нее нанизывали бусы, круглые бляхи, иноземные монеты, бубенчики. Самыми многочисленными были гривны витые. Славянские умельцы свивали их разными способами: «простым жгутом» — из двух-трех медных или бронзовых проволочек; «сложным жгутом». Иногда простой или тонкий жгут обвивали сверху тонкой крученой проволочкой. Височные кольца Украшение головного убора, укреплявшимся обычно возле висков, археологи назвали «височными кольцами». Славянские женские подвешивали височные кольца к головному убору (девичьему венчику, повою замужней) на лентах или ремешках, красиво обрамлявших лицо. Иногда кольца вплетали в волосы, а кое-где даже вставляли в мочку уха, как серьги. Иногда же височные кольца, нанизывали на ремешок, образовывали венец вокруг головы. И все-таки большинство из них носилось так, как и полагается по названию, — у висков. Как показали раскопки, височные кольца носили в Западной и Восточной Европе, на Севере и на Юге. Носили с древнейших времён — и тем не менее к VIII—IX векам их стали считать типично славянскими украшениями, такой популярностью они начали пользоваться среди западнославянских племён. Постепенно мода на височные кольца распространилась и к восточным славянам, достигнув у них наивысшего расцвета в XI—XII веках. Девочки-подростки, еще не вошедшие в возраст невест, совсем не носили височных колец или, в крайнем случае, носили самые простенькие, согнутые из проволоки. Девушки-невесты и молодые замужние женщины, понятно, нуждались в усиленной защите от злых сил, ведь они должны были беречь не только себя, но и будущих младенцев – надежду народа. Их височные кольца, поэтому, особенно нарядны и многочисленны. А пожилые женщины, преставшие рожать детей, постепенно отказывались от богато украшенных височных колец, передавая их своим дочерям. Совсем иначе выглядели височные кольца с бусами, нанизанными на проволочную основу. Иногда металлические бусины делались гладкими и разделялись проволочными спиральками — такие кольца любили не только славянки, но и женщины финноугорских народов. В XI—XII веках это было излюбленное украшение вожанок (потомки древнего племени водь и сейчас живут недалеко от Санкт-Петербурга). Новгородские женщины XI—XII веков предпочитали височные кольца с бусинами, украшенными мелкой зернью — металлическими шариками, напаянными на основу. В племени дреговичей (район современного Минска) крупную серебряную зернь приделывали к каркасу бусин, сплетённому из медной проволоки. В Киеве XII века бусины, наоборот, делали ажурными из тонкой филиграни. Серьги Не так давно наши модницы ввели в обиход проволочные серьги размером с браслет, что, как обычно, не очень понравилось людям старшего поколения. И всё же в который раз оказывается, что «новой моде» уже тысяча лет, если не больше. Сходные кольца (только чаще не в ушах, а на висках) носили женщины племени кривичей (верховья Днепра, Западной Двины, Волги, междуречье Днепра и Оки). Один конец такого кольца иногда сгибался в петельку для привески, второй заходил за него или завязывался. Кольца эти так и называются «кривичскими». Носили их по нескольку штук (до шести) на виске. Похожие найдены и на северо-западе территории новгородских словен, только надевали их по одному, реже по два с каждой стороны лица, и кончики колец не завязывались, а скрещивались. В X—XI веках к проволочным кольцам здесь иногда привешивали на цепочках бубенцы и треугольные металлические пластинки, порой даже в несколько ярусов. А вот у словен, живших в городе Ладоге, в середине IX века вошли в моду кольца со спиральным завитком, обращённым наружу. Нельзя исключить, что они попали туда с южного берега Балтики, со славянского Поморья, с которым ладожане поддерживали тесные связи. В целом у древних славян серьги особой популярностью не пользовались, появляясь обычно как подражание иноземной традиции. Князь Святослав, вероятно, потому и обзавёлся своей знаменитой серьгой, что большую часть времени проводил на чужбине, в военных походах. Браслеты Мода на них появилась в середине XII века и держалась до начала XIV века. Браслеты – наиболее ранние из известных нам славянских украшений: они попадаются в кладах и при раскопках поселений начиная сVI века. Слово же браслет пришло в наш язык из французского. Древние славяне называли браслеты «обруч», т. е. «то, что охватывает руку», а также «зарукавья». Их украшали драгоценными камнями и жемчугом, вставляли в них золотые цепочки. Большое значение придавалось застежкам браслетов, которые украшали эмалями. Точно неизвестно кто же носил обручи – мужчины или женщины. Археологи редко находят их в мужских погребениях и уверенно считают украшение специфически женским. Зато на страницах летописей мы встречаем князей и бояр «с обручами на руках». Древние славяне делали браслеты из разных материалов: из кожи, покрытой тисненым узором, из шерстяной ткани, из прочного шнура, обвитого тонкой металлической лентой, из цельного металла и даже… из стекла. Несмотря на дешевизну, оживленную торговлю, стеклянные «обручи» не прижились среди сельского населения. Судя по всему, деревенский люд предпочитал металлические браслеты, в основном из меди. Носили их на правой и левой руках, иногда по несколько штук. В большом ходу были браслеты, витые из нескольких проволок, «ложновитые», то есть отлитые в глиняных формочках по восковым слепкам с витых браслетов, а также плетеные – на каркасе без каркаса. Очень красивы и разнообразны «пластинчатые» (согнутые из пластинок металла) браслеты, кованные и литые. С домонгольских времен сохранились браслеты еще одной разновидности – «створчатые», состоящие из двух половинок, соединенные маленькими петлями и застежкой. Браслеты всегда делали круглыми, но различными по сечению: гладкие, кручёные, витые, квадратные, рубчатые, треугольные. Богатой была и их окраска: чёрная, коричневая, зелёная, жёлтая, бирюзовая, фиолетовая, синяя, бесцветная и т.д. Значительное количество браслетов делалось из янтаря. На браслетах чаще всего изображались символы воды: плетёнка, волнистый узор, змеиные головы. Это связано прежде всего с назначением браслетов: они надевались девушками во время русалий – торжеств по поводу доброй, плодоносной воды. Подвески Подвески носились на длинных шнурах или цепочках и крепились к платью на груди или на поясе. Делались они из серебра, меди, бронзы и билона. Чаще всего привески выступали в роли оберегов и исполнялись в форме языческих символов. Различают до 200 типов различных видов подвесок. Наиболее популярными были подвески символизирующие предметы быта (ложки, ключи, гребни) или богатства (ножи, топорики), привески в форме животных: птиц или коней, которые были символов счастья и неизменно сопровождались знаками солнца, а также геометрические привески: круглые, лунницы, крестики, ромбы и т.д. Среди девушек особенно было популярны подвески в форме Луны, так как именно она считалась покровительницей незамужних. Широко распространены были привески в виде миниатюрных гребней с двумя звериными головами. Гребню с давних пор придавались магические функции, как защитника человека от всякой заразы. Конечно, широко использовалась солнечная тематика, а также символы воды. Все вышеназванные типы привесок просуществовали вплоть до XIII века. Немного дольше, до XV века, просуществовали подвески-бубенцы. Носили их в комплекте с другими привесками, шейными гривнами, венцами, но чаще всего – с карманами, у пояса или рукавов. Будучи символами бога–громовержца, своим звоном они были призваны отгонять злых духов. Обереги Всё, что на современном языке называется «украшениями», имело в древности ясно читаемый религиозный, магический смысл. Также, как для верующего христианина крест, который он носит на шее, — будь этот крест даже произведением ювелирного искусства Многие славянские обереги достаточно чётко разделяются на мужские и женские (кстати, заметим, что в христианскую эпоху аналогичным образом различали и нательные кресты). «Солнечная» символика хорошо прослеживается и в круглых привесках-оберегах, также входивших в женский убор. Делали их, как правило, из биллона или бронзы, реже — из высокопробного серебра. Если для «солнечных» круглых привесок употреблялись в основном жёлтые сплавы, то на привески – «лунницы» чаще шли белые, в цвет лунного света, — серебро или серебро с оловом, а бронза – лишь изредка. Оно и понятно, ведь в лунницах, как пишут учёные, отразился древний культ Луны, распространённый не только у славян, но и у других древних народов Европы и Азии. В славянских погребениях лунницы появились в Х веке. Обычно их носили по нескольку штук в составе ожерелья, а то вдевали в уши, как серьги. Богатые женщины носили лунницы из чистого серебра. Нередко они отмечены тончайшей ювелирной работой, их украшает мельчайшая зернь и филигрань. В таких лунницах каждый мельчайший шарик был припаян вручную. В лунницах, что охотно носило большинство женщин, и металл был подешевле и работа попроще. Такие лунницы делались, как правило, по готовому восковому слепку, в который вливался металл. Для отливки использовались и слепки из глины. Нередко на таких лунницах присутствовал растительный орнамент. Это не случайно, так как "обязанностью" Луны было следить за ростом растений. Бусы Слово «бусы» в современном значении начало употребляться в русском языке с XVII века, до тех пор, по всей видимости, славяне называли эту разновидность украшения «ожерельем», то есть «тем, что носят вокруг горла». Археологи часто так и пишут в своих работах «…найдено ожерелье из бус». В самом деле, нитка зачастую очень крупных (около 1,5см в диаметре) бус, однотипных или разных, современному человеку напомнит скорее именно ожерелье, а не те бусы, что носят теперь. В древности бусы являлись любимым украшением женщин из северных славянских племён, у южных они были не так распространены. Некоторые бусы мастера делали из отрезков стеклянных палочек, имевших несколько слоёв — всего чаще жёлтый, белый, красный. Другие бусы, о которых непременно хочется упомянуть,- это позолоченные и посеребрённые. Техника серебрения и золочения стеклянных изделий, в том числе бус, была освоена мастерами египетского города Александрии ещё до нашей эры. Спустя века ниточка традиций дотянулась и до Северной Европы. Наиболее распространёнными были стеклянные бусы Выделяют четыре типа бус: стеклянные (синего, чёрного, светло-зелёного цвета), бусы из многослойных стеклянных палочек, дутые бусы и многогранники. Наиболее любимым цветом для бус считался зелёный. А вот знатные женщины предпочитали бусы, составленные из различных материалов (золотые, жемчужные и выточенные из драгоценных камней). В Древней Руси существовало еще одно женское шейное украшение — монисто- своеобразные бусы в виде нанизанных на цепочку драгоценностей небольшого размера или монет. Колты Колты крепили на головном уборе на уровне виска на сложенной вдвое цепочке или ленте. Обычно они состояли из двух выпуклых пластинок, которые соединялись вместе и сверху ещё дополнялись дужкой для крепления. В XI-XII веках наиболее распространёнными были золотые колты с эмалью разных цветов. Часто по краю колта делали жемчужные обнизи. В XII веке также появляются звёздчатые колты и украшения чернью. Вообще колты можно признать одними из самых удивительных произведений прикладного искусства. Наши мастера в поисках наилучшей игры света и тени умело оттеняли серебро и золото чернью, а иногда покрывали гладкую поверхность тысячами колечек, на каждое из которых нанизывали крошечное зёрнышко серебра. Самым распространённым рисунком для колтов были изображения птицы Сирины или древа жизни. Учёные это связывают с символикой свадебного обряда: здесь птицы – символ брачной пары, а дерево – знак новой жизни. Немного позднее на колтах стали появляться христианские мотивы, в том числе изображения святых. Кольца и перстни Украшения, изначально призванные магически охранять человеческую руку, — кольца, перстни – появляются в могилах древних славян с IX века и широко встречаются начиная со следующего, X века. Некоторые археологи полагали, что они получили распространение у славян только после введения христианства, ведь кольца играют важную роль в церковном обряде. Однако другими учеными были раскопаны славянские захоронения VII века (в Трансильвании), и там оказались бронзовые перстни – не привезенные из далекой страны, а местные, притом позволяющие даже говорить о «славянском типе» перстней. Кольцо держит в руке и одно из Божеств Збручского языческого идола: исследователи узнали в нём изображение Лады – славянской Богини всеобщего порядка вещей, от космического круговорота созвездий до семейного круга. И на более поздних перстнях упорно просматриваются символы язычества, например знаки Земли. Словом, языческая символика кольца-перстня была никак не бедней христианской. А может, именно поэтому язычники избегали надевать перстни на покойных, опасаясь помешать душе покинуть тело и отправиться в загробное странствование? Если так, то следует предположить, что после принятия христианства в конце X века, когда умерших, особенно знатных, всё чаще начали хоронить по христианскому обряду, кольца стали класть рядом с телом, а после – оставлять на руке… В одном женском погребении нашли целых тридцать три перстня в деревянном ларце. В других могилах перстни бывают связаны шнурком, уложены в горшочек, в туесок, в кожаный или вязанный кошелек, просто на кусочек бересты. Вероятно, здесь сказывались обычаи финских племен – соседей древних славян, и не просто соседей: некоторым из этих племен предстояло вливаться в нарождавшийся древнерусский народ. Там, где такое соседство-родство становилось наиболее тесными, в славянских могилах встречены вполне финские типы перстней. Например, к юго-западу от современному Санкт-Петербурга и в среднем течении Волги носили так называемые «усатые» перстни, а Владимирских курганах найдены «шумящие» перстни – снабженные металлическими подвесками, способными звенеть одна о другую. Иногда эти подвески имеют весьма характерные очертания «утиных лапок» — утки и прочие водоплавающие птицы были священны для финно-угорских племен, согласно их верованиями, они участвовали в сотворении мира. Не менее интересным «финским заимствованием» был своеобразный способ ношения перстней. В Московской области в нескольких курганах нашли перстней, надетые …. на палец ноги. Древнеславянские перстни, как и браслеты, не имеют четко выраженной «племенной принадлежности». Одни и те же разновидности находят на очень больших территориях. Местные типы перстней появляются в основном к XII-XIII векам, когда производство их становиться поистине массовым. Очень своеобразные и красивые «решетчатые» перстни вятичей были, по-видимому, навеяны искусством мордовских и муромских финно-угорских племен. Интересно, что при помощи украшений древние славяне пытались воздействовать на определенные виды энергий, скорее всего, интуитивно, не подозревая истинного значения тех украшений, которые они носили.

ok.ru

Древнерусские украшения и их значение

Древние люди считали, что через отверстия нашего тела могла вылететь душа человека, или, наоборот, могло проникнуть внутрь какое-нибудь недоброе волшебство. Также следовало магически защитить и более всего подверженные ранениям и ушибам руки и ноги. Наконец, требовалось защитить энергетические центры и каналы тела.
Не слишком доверяя своей способности противостоять злу, люди старались защитить свое тело с помощью предметов из кости, дерева или металла. Конечно, дерево предпочиталось «благородных» пород: дуб, береза, сосна. Кость должна была быть от сильного неустрашимого животного: медведя, тигра. Но лучше всего для охраны души и тела подходили металлы и драгоценные камни. Старославянские мифы роднят золото и серебро с солнечным светом и молниями бога Перуна – главного из языческих богов. Таким образом, украшения в древности имели религиозный, магический смысл. Украшения надевали не столько «для красоты», сколько в качестве амулета, священного талисмана. Древнеславянский женский наряд включал в себя (как, впрочем, и сейчас) гораздо больше украшений, нежели мужской.
С древнейших, поистине пещерных времен женщина была объектом едва ли не религиозного поклонения со стороны своего вечного друга и спутника – мужчины.
Во-первых, женщина рожает детей. Во-вторых, именно женщина оказывается носительницей древней мудрости племени, его мифов и легенд. В глазах наших предков женщина не только не являлась «сосудом» злых сил – наоборот, она была существом куда более священным, чем мужчина. А значит, ее, как и все священное, требовалось особенно бережно охранять. Отсюда – при мало-мальском достатке – и золотая парча девичьих налобных повязок, и многоцветные бусы, и перстни.
Учёные пишут, что славяне, расселявшиеся в VI— VII веках по лесной полосе Восточной Европы, оказались оторваны от традиционных мест добычи цветных металлов. Поэтому вплоть до VIII века у них не выработалось какого-то особого, только им присущего типа металлических украшений. Славяне пользовались теми, что бытовали тогда по всей Европе, от Скандинавии до Византии.
Однако славянские мастера никогда не довольствовались подражанием образцам, перенятым от соседей или привезенным купцами и воинами из чужедальних земель. В их руках «общеевропейские» вещи скоро обретали такую «славянскую» индивидуальность, что современные археологи успешно определяют по ним границы расселения древних славян, а внутри этих границ — области отдельных племён. Но и процесс взаимного проникновения, взаимного обогащения культур не стоял на месте, благо в те времена не было строго охраняемых государственных границ. И вот уже иноземные кузнецы копировали новый славянский фасон и тоже по-своему его претворяли, а славяне продолжали присматриваться к веяниям «зарубежной моды» — западной и восточной.

Гривна
Металлический обруч, надетый на шею, казался древнему человеку надежной преградой, способной помешать душе покинуть тело. У нас его называли «гривной». Это название родственно слову «грива». По-видимому, это слово в древности означало «шея».
У некоторых народов гривны носили мужчины, у других – женщины, но ученые утверждают, что всегда и у всех, в том числе у славян, это был признак определенного положения в обществе, очень часто вроде ордена за заслуги.
Гривны нередко находят в женских погребениях древних славян. Поэтому археологи с полным правом настаивают, что это было «типично женское» украшение, наподобие бус и височных колец.
Древние славянские мастера делали гривны из меди, бронзы, биллона (меди с серебром) и из мягких оловянно-свинцовых сплавов, нередко покрывая их серебром и позолотой. Драгоценные гривны делались из серебра.
Древние славяне носили разные виды гривен, отличавшиеся способом изготовления и соединения концов. И конечно, каждое племя предпочитало свой, особенный вид.
Дротовые гривны делали из «дрота» — толстого металлического прутка, обычного круглого или треугольного в разрезе. Кузнецы перекручивали его клещами, раскалив на огне. Чем горячее был металл, тем мельче получалась «нарезка». Чуть позже появились гривны из ромбического, шестиугольного и трапециевидного дрота. Их не скручивали, предпочитая выбивать сверху узор в виде кружков, треугольников, точек. Эти гривны находят в курганах X – XI веков.
Похожие, только соединенные не замочком, а просто далеко заходящими друг за друга концами, изготавливали сами славяне. Разомкнутые концы таких гривен находились спереди. Они красиво расширяются, зато тыльная сторона, прилегающая к шее, круглая, чтобы удобнее было носить. Их обычный орнамент состоял из треугольников с выпуклостями внутри. Их археологи называют «волчий зуб». Такие гривны, сделанные из биллона, бронзы и низкопробного серебра, носили в X – XI веках в племени радимичей. В XI – XII веках радимичи стали соединять концы гривен красивыми квадратными бляхами, штампованными или литыми. Некоторые бляхи, рассеянные на значительной территории, отлиты явно в одной мастерской, даже в одной формочке. Это говорит о развитой торговле и о том, древнерусские мастера-ювелиры работали не только на заказ, но и на рынок.
Некоторые шейные обручи, сделанные из толстой или бронзовой проволоки, носили «просто так», без дополнительных украшений. Но если железная или цветная проволочка была достаточно тонкой, на нее нанизывали бусы, круглые бляхи, иноземные монеты, бубенчики.
Самыми многочисленными были гривны витые. Славянские умельцы свивали их разными способами: «простым жгутом» — из двух-трех медных или бронзовых проволочек; «сложным жгутом». Иногда простой или тонкий жгут обвивали сверху тонкой крученой проволочкой.

Височные кольца
Украшение головного убора, укреплявшимся обычно возле висков, археологи назвали «височными кольцами».
Славянские женские подвешивали височные кольца к головному убору (девичьему венчику, повою замужней) на лентах или ремешках, красиво обрамлявших лицо. Иногда кольца вплетали в волосы, а кое-где даже вставляли в мочку уха, как серьги. Иногда же височные кольца, нанизывали на ремешок, образовывали венец вокруг головы. И все-таки большинство из них носилось так, как и полагается по названию, — у висков. Как показали раскопки, височные кольца носили в Западной и Восточной Европе, на Севере и на Юге. Носили с древнейших времён — и тем не менее к VIII—IX векам их стали считать типично славянскими украшениями, такой популярностью они начали пользоваться среди западнославянских племён. Постепенно мода на височные кольца распространилась и к восточным славянам, достигнув у них наивысшего расцвета в XI—XII веках.
Девочки-подростки, еще не вошедшие в возраст невест, совсем не носили височных колец или, в крайнем случае, носили самые простенькие, согнутые из проволоки. Девушки-невесты и молодые замужние женщины, понятно, нуждались в усиленной защите от злых сил, ведь они должны были беречь не только себя, но и будущих младенцев – надежду народа. Их височные кольца, поэтому, особенно нарядны и многочисленны. А пожилые женщины, преставшие рожать детей, постепенно отказывались от богато украшенных височных колец, передавая их своим дочерям. Совсем иначе выглядели височные кольца с бусами, нанизанными на проволочную основу. Иногда металлические бусины делались гладкими и разделялись проволочными спиральками — такие кольца любили не только славянки, но и женщины финноугорских народов. В XI—XII веках это было излюбленное украшение вожанок (потомки древнего племени водь и сейчас живут недалеко от Санкт-Петербурга). Новгородские женщины XI—XII веков предпочитали височные кольца с бусинами, украшенными мелкой зернью — металлическими шариками, напаянными на основу. В племени дреговичей (район современного Минска) крупную серебряную зернь приделывали к каркасу бусин, сплетённому из медной проволоки. В Киеве XII века бусины, наоборот, делали ажурными из тонкой филиграни.

Серьги
Не так давно наши модницы ввели в обиход проволочные серьги размером с браслет, что, как обычно, не очень понравилось людям старшего поколения. И всё же в который раз оказывается, что «новой моде» уже тысяча лет, если не больше. Сходные кольца (только чаще не в ушах, а на висках) носили женщины племени кривичей (верховья Днепра, Западной Двины, Волги, междуречье Днепра и Оки). Один конец такого кольца иногда сгибался в петельку для привески, второй заходил за него или завязывался. Кольца эти так и называются «кривичскими». Носили их по нескольку штук (до шести) на виске.
Похожие найдены и на северо-западе территории новгородских словен, только надевали их по одному, реже по два с каждой стороны лица, и кончики колец не завязывались, а скрещивались. В X—XI веках к проволочным кольцам здесь иногда привешивали на цепочках бубенцы и треугольные металлические пластинки, порой даже в несколько ярусов. А вот у словен, живших в городе Ладоге, в середине IX века вошли в моду кольца со спиральным завитком, обращённым наружу. Нельзя исключить, что они попали туда с южного берега Балтики, со славянского Поморья, с которым ладожане поддерживали тесные связи.
В целом у древних славян серьги особой популярностью не пользовались, появляясь обычно как подражание иноземной традиции. Князь Святослав, вероятно, потому и обзавёлся своей знаменитой серьгой, что большую часть времени проводил на чужбине, в военных походах.

Древнерусские украшения и их значение
Древнерусские украшения и их значение

Бусы
Слово «бусы» в современном значении начало употребляться в русском языке с XVII века, до тех пор, по всей видимости, славяне называли эту разновидность украшения «ожерельем», то есть «тем, что носят вокруг горла». Археологи часто так и пишут в своих работах «…найдено ожерелье из бус». В самом деле, нитка зачастую очень крупных (около 1,5см в диаметре) бус, однотипных или разных, современному человеку напомнит скорее именно ожерелье, а не те бусы, что носят теперь.
В древности бусы являлись любимым украшением женщин из северных славянских племён, у южных они были не так распространены.
Некоторые бусы мастера делали из отрезков стеклянных палочек, имевших несколько слоёв — всего чаще жёлтый, белый, красный.
Другие бусы, о которых непременно хочется упомянуть,- это позолоченные и посеребрённые. Техника серебрения и золочения стеклянных изделий, в том числе бус, была освоена мастерами египетского города Александрии ещё до нашей эры. Спустя века ниточка традиций дотянулась и до Северной Европы. Наиболее распространёнными были стеклянные бусы Выделяют четыре типа бус: стеклянные (синего, чёрного, светло-зелёного цвета), бусы из многослойных стеклянных палочек, дутые бусы и многогранники. Наиболее любимым цветом для бус считался зелёный. А вот знатные женщины предпочитали бусы, составленные из различных материалов (золотые, жемчужные и выточенные из драгоценных камней). В Древней Руси существовало еще одно женское шейное украшение — монисто- своеобразные бусы в виде нанизанных на цепочку драгоценностей небольшого размера или монет.

Колты
Колты крепили на головном уборе на уровне виска на сложенной вдвое цепочке или ленте. Обычно они состояли из двух выпуклых пластинок, которые соединялись вместе и сверху ещё дополнялись дужкой для крепления. В XI-XII веках наиболее распространёнными были золотые колты с эмалью разных цветов. Часто по краю колта делали жемчужные обнизи. В XII веке также появляются звёздчатые колты и украшения чернью.
Вообще колты можно признать одними из самых удивительных произведений прикладного искусства. Наши мастера в поисках наилучшей игры света и тени умело оттеняли серебро и золото чернью, а иногда покрывали гладкую поверхность тысячами колечек, на каждое из которых нанизывали крошечное зёрнышко серебра.
Самым распространённым рисунком для колтов были изображения птицы Сирины или древа жизни. Учёные это связывают с символикой свадебного обряда: здесь птицы – символ брачной пары, а дерево – знак новой жизни. Немного позднее на колтах стали появляться христианские мотивы, в том числе изображения святых.

Древнерусские украшения и их значение
Древнерусские украшения и их значение

Кольца и перстни
Украшения, изначально призванные магически охранять человеческую руку, — кольца, перстни – появляются в могилах древних славян с IX века и широко встречаются начиная со следующего, X века. Некоторые археологи полагали, что они получили распространение у славян только после введения христианства, ведь кольца играют важную роль в церковном обряде. Однако другими учеными были раскопаны славянские захоронения VII века (в Трансильвании), и там оказались бронзовые перстни – не привезенные из далекой страны, а местные, притом позволяющие даже говорить о «славянском типе» перстней. Кольцо держит в руке и одно из Божеств Збручского языческого идола: исследователи узнали в нём изображение Лады – славянской Богини всеобщего порядка вещей, от космического круговорота созвездий до семейного круга. И на более поздних перстнях упорно просматриваются символы язычества, например знаки Земли. Словом, языческая символика кольца-перстня была никак не бедней христианской. А может, именно поэтому язычники избегали надевать перстни на покойных, опасаясь помешать душе покинуть тело и отправиться в загробное странствование? Если так, то следует предположить, что после принятия христианства в конце X века, когда умерших, особенно знатных, всё чаще начали хоронить по христианскому обряду, кольца стали класть рядом с телом, а после – оставлять на руке…
В одном женском погребении нашли целых тридцать три перстня в деревянном ларце. В других могилах перстни бывают связаны шнурком, уложены в горшочек, в туесок, в кожаный или вязанный кошелек, просто на кусочек бересты. Вероятно, здесь сказывались обычаи финских племен – соседей древних славян, и не просто соседей: некоторым из этих племен предстояло вливаться в нарождавшийся древнерусский народ. Там, где такое соседство-родство становилось наиболее тесными, в славянских могилах встречены вполне финские типы перстней. Например, к юго-западу от современному Санкт-Петербурга и в среднем течении Волги носили так называемые «усатые» перстни, а Владимирских курганах найдены «шумящие» перстни – снабженные металлическими подвесками, способными звенеть одна о другую. Иногда эти подвески имеют весьма характерные очертания «утиных лапок» — утки и прочие водоплавающие птицы были священны для финно-угорских племен, согласно их верованиями, они участвовали в сотворении мира.
Не менее интересным «финским заимствованием» был своеобразный способ ношения перстней. В Московской области в нескольких курганах нашли перстней, надетые …. на палец ноги.
Древнеславянские перстни, как и браслеты, не имеют четко выраженной «племенной принадлежности». Одни и те же разновидности находят на очень больших территориях. Местные типы перстней появляются в основном к XII-XIII векам, когда производство их становиться поистине массовым.
Очень своеобразные и красивые «решетчатые» перстни вятичей были, по-видимому, навеяны искусством мордовских и муромских финно-угорских племен.

slawa.su