1. ↑ Энциклопедия Философия буддизма — Российская академия наук Институт философии / редакционная коллегия: M. Т. Степанянц (ответственный редактор), В.Г.Лысенко (заместитель ответственного редактора), С.М.Аникеева, Л.Б.Карелова, А.И.Кобзев, А.В.Никитин, ст. A.A. Терентьева / 2011 г. «Наиболее ранние письменные свидетельства о существовании тантр (конкретно дакини и бхагини-тантр) встречаются лишь в начале VII в., в автокомментарии Дхармакирти к „Прамана-варттике“. Хотя некоторые исследователи датируют древнейшие тексты Ваджраяны IV или даже III в. н. э., их доводы не общеприняты. Наиболее достоверные свидетельства указывают на то, что Ваджраяна интенсивно развивалась в конце I тыс.»
  2. А. Г. Сафронов. Психопрактики в мистических традициях от архаики до современности. — Ритм Плюс. — Харьков: Ритм Плюс, 2008. — С. 146. — ISBN 978-966-2079-18-0.
  3. ↑ Hua, Hsuan (2003), The Shurangama Sutra — Sutra Text and Supplements with Commentary by the Venerable Master Hsuan Hua, Burlingame, California: Buddhist Text Translation Society, ISBN 0-88139-949-3, <http://www.bttsonline.org/product.aspx?pid=165>. Проверено 30 мая 2012. 

  4. Yoshizaki, Kazumi The Kathmandu Valley as a Water Pot: Abstracts of Research Papers on Newar Buddhism in Nepal (неопр.). Kumamoto: Kurokami Library (2006). Проверено 2 июня 2011. Архивировано 22 июня 2012 года.
  5. ↑ Balinese Hinduism & temples (неопр.). SV Passage. Проверено 29 мая 2012. Архивировано 22 июня 2012 года.
  6. C. Hooykaas. Bauddha Brahmins in Bali (англ.) // Bulletin of the School of Oriental and African Studies. — 1963. — Vol. 26. — P. 544-550. — DOI:10.1017/S0041977X00070300.
  7. ↑ GANGA-PRATISTHA, NUSANTARA HINDU WORSHIP OF THE HOLY GANGES (неопр.). Vaishnava Suvarnabhumi Nusantara. Проверено 29 мая 2012. Архивировано 22 июня 2012 года.
  8. ↑ Энциклопедия Философия буддизма — Российская академия наук Институт философии / редакционная коллегия: M. Т. Степанянц (ответственный редактор), В.Г.Лысенко (заместитель ответственного редактора), С.М.Аникеева, Л.Б.Карелова, А.И.Кобзев, А.В.Никитин, A.A. Терентьев, ст. Д.Э. Ермакова / 2011 г. «Дзогчен — центр, учение юндрунг-бона, его высший раздел; тибетская буддийская версия дзогчена во многом является вторичной по отношению к бонскому дзогчену.»

  9. ↑ Бон и тибетский буддизм. Д-р Александр Берзин. Публикация на Study Buddhism. «Я полагаю, очень важно попытаться обнаружить те позаимствованные у бона аспекты буддизма, которые отражают национальный тибетский подход, чтобы у нас появилось более ясное представление о том, что представляет собой тибетская культура и что такое сущностный буддизм… Всеми тибетскими традициями было заимствовано четырехступенчатое лечение. Если человек жалуется на болезнь, первым делом бросают „мо“, и это разновидность гадания. Это пришло из бона… Торма лепят из ячменной муки в форме маленьких животных, и они используются как „козлы отпущения“, что, без сомнения, пришло из бона… Как в бонских, так и в буддийских ритуалах, связанных с бардо, используются изображения различных божеств. Это восходит к иранско-бонским похоронным ритуалам, когда вместе с умершим человеком хоронили различные предметы… Другое заимствование тибетского буддизма из бона — „сеть для гармонизации пространства“: сетка, подобная сети паука, из разноцветных нитей, символизирующих пять стихий… На Лосар люди едят голову овцы и лепят из цампы овечью голову, поджаренную с ячменными зернами… — Очевидно, что эта традиция пришла из древних бонских ритуалов… Молитвенные флажки также пришли из бона… Определенные стороны бонской системы врачевания перешли в буддизм, например обрызгивание освященной водой с помощью пера… След шаманизма, однако, отразился в разделении мира на надземный, наземный и подземный, которое преобладало в бонских источниках, а затем перешло в буддизм.»

  10. ↑ Джон Мирдин Рейнольдс «Буддийский и Бонский Дзогчен» / 2009 г. «Но поскольку буддийская линия преемственности передается через современников Падмасамбхаву, Вималамитру, Вайрочану и ранее через Шрисинху и Манджушримитру из Индии, а ещё ранее от своего источника Гараба Дордже из Уддияны, бонская линия преемственности гораздо длиннее и древнее. Она проходит через Тапихрицу, учителя Гьерпунгпа, назад через непрерывную линию двадцати четырёх реализовавших мастеров к Тонпа Шенрабу из Тазига, как к конечному источнику учений Дзогчен среди людей… Все школы тибетского буддизма, включая и Гелуг, приняли многие из этих местных бонских практик в виде почитания Божеств Хранителей, наряду с такими магическими практиками, как духовные ловушки, обряды выкупа и так далее.»
  11. ↑ Алексис Сандерсон. Развитие тантрического буддизма посредством заимствования и приспосабливания шиваитских и шакто-шиваитских образцов. См.
  12. Энциклопедия Философия буддизма — Российская академия наук Институт философии / Редакционная коллегия: M.

    Степанянц (ответственный редактор), В.Г.Лысенко (заместитель ответственного редактора), С.М.Аникеева, Л.Б.Карелова, А.И.Кобзев, А.В.Никитин, A.A. Терентьев / 2011 г.
    «Ваджраяна, др. назв. мантраяна («колесница [тайной] мантры»), тантраяна, пхалаяна и др. Эзотерическое направление буддизма махаяны, центральное место в котором занимают практики, имеющие целью пробудить «высшие сиддхи» (состояние будды), среди которых рецитация мантр, визуализация различных будд и их обителей (мандал), овладение контролем за движением энергий по особым каналам-нади и пр. Считается, что путем Ваджраяны достичь состояния будды можно быстрее, нежели методами обычной экзотерической махаяны, которую, в отличие от Ваджраяны, начинают именовать сутраяной, парамитаяной («колесницей парамит»)…»
  13. Новая философская энциклопедия. Представитель научно-редакционного совета В.С. Степин. 2-е изд., испр. и допол. 2010 г. Ст. В.Г. Лысенко «ВАДЖРАЯНА, или мантраяна («путь мантры») – буддийское направление тантризма. Как эзотерическая практика внутри махаяны… Т.о., целью ваджраяны оказывается не столько духовная реализация буддийских доктрин, как в предшествующей традиции, сколько их мистическое и чувственное воплощение. »
  14. Индо-тибетский буддизм. Энциклопедический словарь. В.П. Андросов, РАН ИВ, ISBN 978-5-91994-007-4 , 2011 г. «Оно [Ваджраяна] также называет.

    ны постепенного накапливания духовных совершенств.»

wikiredia.ru

Спрашиваем не стесняемся, раздеваемся: Ваджраяна — это Тантра или нет?

буддийская тантра ваджраяна

Продолжение темы — «Вопрос-ответ». Написали вопрос пишу ответ. Получились стихи «хоти не хоти»

С одной стороны Тантра объединяет в себе и индуизм, буддизм и даже даосизм, который не является самостоятельной системой в духовной практике, но все же.

мандала ваджраяна

Ваджраяна — это, можно сказать, этакая отрасль Тантры, так как она связана и с индуистским шактизмом или почитанием женского начала — вагины и лона, а также с мужским началом — почитанием пениса, в индуизме — это именно шиваизм. А также в целом с единством мужского и женского начал в индуизме — шивалингам, а в буддизме яб-юм.

Отличия индуистской Тантры от буддийской Ваджраяны


Правда тут есть громадные отличия, и они не только в системе яб-юм (вагины и пениса) и их понимания заложен другой смысл (блаженство и пустота, метод и мудрость), а также и в самой теории и практике Тантр. Это можно заметить еще на самой первой ступени практик крийя-тантры в буддизме.

шиваизм и буддизм

Ваджраяна и шактизм

Ваджраяна использует лишь некоторые методы (только малую часть) от индуистской тантры, но тоже самое можно сказать и о шактизме и шиваизме, что они заимствуют и используют буддийские методы. Нельзя и неправильно говорить, что шактизм или шиваизм и Ваджраяна одно и тоже или тождественно. Вероятно, культурному обмену способствовало ограниченное положение людей, которые они занимали в обществе древней Индии и Тибета, что способствовало проникновению практик из Бона (ритуалы), Чод (агхора и шиваизм, шактизм).

шивалингам схема

С одной стороны Ваджраяна это четвертый поворот колеса Дхармы, а раз так, то тут нет Бога, души, Вселенной как Божестенного проявления, шактипата, кундалини и прочих индуистских или брахманических заблуждений. Да, именно так, в ваджраяне все эти понятия тесно связаны с заблуждениями (или моха — невежеством).


яб-юм

В тибетской и индийской Ваджраяне другие приоритеты, другие чакры, другие цвета и совершенно другая мотивация, цель и практика (средства и методы), соответственно, можно с уверенностью сказать, что Шактизм (или шиваизм) — это совершенно другие практики, связанные как и Ваджраяна с культом мужского и женского начала, но несущие в себе иной смысл.

Происхождение Ваджраяны и тантризма в целом

Обе линии и индуистская и буддийская идут от одного корня — древних йогинов и аскетов (махасиддхов), которые в свое время покоряли духовный путь в течении одной жизни достигая максимальных реализаций. Тантра возникла на территории современной Индии еще в период или до рождения будды Шакьямуни. Отлично известно, что первыми тантристами были люди из маргинальных или низших социальных слоев общества: башмачники, ткачи, охотники, мельники и тп, то есть, другими словами мастеровые и ремесленники.

буддийские махасиддхи или мастера тантры

Некоторых из вас, вероятно, это очень удивит, ведь как можно представить людей из низших каст (варн) древнего Индостана, которые интересуются, да еще и практикуют Тантру, тайное учение. Было, действительно, такое тогда было.


дакини и уддияна

Так или иначе и по большей части главные знания в Ваджраяне идут из тайнственной и загадочной Уддияны, иногда её сравнивают с Шамбалой или страной Шангри-ла, (вероятно тибетцы знали туда прямую дорогу) и от Дакинь — проводниц, которые являют ключевые моменты для реализации еще в жизнеописаниях махасиддхов.

В заключение

В заключение хотел бы упомянуть, что Тантра как система сложилась еще в 5 веке до н.э. и первоначально не была упомянута в книжных источниках. Тантра как учение было антогонизмом к монашескому обету и уставу, а также самой монастырской системе, возможности практиковать духовный путь вне храмовых стен. Поэтому особый вклад в развитие и создание практик и систем практик внесли миряне, йогины и тантрики, отшельники и просто гуру-отцы, которые создали такие буддийские традиции на Тибете как:

  • Ньингма (Гуру Римпоче),
  • Сакья (Сараха и Вирупа),
  • Кагью (Тилопа и Наропа) и
  • Джонанг (Таранатха).

eshedrugpa.wordpress.com

83. БУДДИЗМ ТАНТРИЧЕСКИЙ. Направление буддизма, формирование которого относят к III в.


угие названия: ваджраяна (Алмазный путь, Алмазная колесница), мантраяна (Колесница тайных слов, Колесница мантр), гухья мантраяна (Тайный путь мантр), эзотерический буддизм, теоретический буддизм, буддийский тантризм, тантра. Название тантризм правой руки (дакшиначара, дакшинамарга) связано с ритуалом принесения в жертву крови из большого пальца правой руки. В отличие от индуистского (индусского) тантризма левой руки (вамачара, вамамарга), тантрический буддизм имеет целью не слияние с персонифицированным богом, а переход сознания в состояние нирваны, абсолюта. Ритуалы в нем не имеют характера оргий и доминирует философский аспект. Женское начало пассивно и отождествляется с мудростью (праджня). Мужское начало активно и выступает как средство (упайя, упая) достижения освобождения. Основателем учения считается Асанга (IV в.), которому приписывают создание «Гухьясамаджа-тантры», произведения высшего уровня тантрической литературы. В индуизме тантризм наибольшее развитие получил в кашмирском шиваизме. В канон тантрического буддизма кроме палийского канона «Трипитака» входят учение о космических циклах («Калачакра»), трактаты о космическом Будде (Ади-будда), о высочайшем состоянии сознания (Махамудра) и др. Одна из форм ваджраяны — тибетский буддизм. Тантризм оказал влияние на школы китайского буддизма ми, чань, тяньтай, на школы японского буддизма дзэн, сингон, тэндай. Некоторые тантрические произведения (сутры, тантры, шастры) имеют двойное прочтение.

но — буквальное (нейартха), доступное всем и воспринимаемое как миф. Истинный смысл при этом остается скрытым. Другое (нитартха) доступно только посвященным, проникающим в скрытую суть произведения. Иногда тексты записываются тайным, «сумеречным» языком (самдхьябхаша, сандхьябхаша, самдхьябхаса), содержащим символы, метафоры. Каждый этап духовной практики в тантризме сопровождается ритуалом посвящения (абхишека, дикша, дикшана, упанаяна, упасадхана). Учитель (гуру, сиддха, махасиддха) открывает адепту тайны шифров, символов, иносказаний, мантр. Обучает технике изменения состояния сознания, философии учения. Передавать знания неподготовленному, непосвященному человеку категорически запрещается. Между учителем и учеником должна быть психологическая совместимость. Их отношения регулируются гуру-йогой. Почитание учителя обязательно. Тантризм привлекает высокой эффективностью, возможностью получить освобождение в одной жизни. Уход из мира, разрыв с ним не обязательны. Главное — достижение единства мира и природы будды в самом себе, постоянное поддержание этого осознания через практику (садхана), ритуал. В тантризме присутствуют элементы магии и алхимия. Широко применяется визуализация и управление энергиями.

83.1. БУДДИЗМ ТАНТРИЧЕСКИЙ. Символика. Символ и знак выступают как синонимы, но когда говорят о невербальном выражении сущности чего-либо, а не просто о замене предмета условленным знаком, принятым по договоренности для обозначения этого предмета, применяют термин-символ. В буддизме главная мантра-символ — Ом, главная мудра — махамудра. В мандалах и янтрах представлены комбинации символов. В тантрическом буддизме большое значение придается символам мужского и женского начал, традиционным в индийской культуре. Ваджра (алмаз) изображается в виде стержня с овальным или острым навершием. Выступая как скипетр, оружие символизирует мужскую силу, высшую ценность. Учение тантрического буддизма называют ваджраяной. Двунаправленная ваджра, стержень с двумя навершиями трактуется как единство противоположностей. Пятиконечная — как пять видов мудрости. Точка, из которой расходятся стержни, — зародыш вселенной. Их схождение в одну точку — однонаправленное, одноточечное сознание. Ваджра в руках великих сущностей, будд, бодхисаттв или пучок ваджр считается символом молнии, мгновенного просветления, оружия, побеждающего неведение. Другие названия ваджры: дордже, дорчже (тибет.), очир (монгол.), дзинганси (кит), конгосё (яп.) и т. д. Женское начало, лоно (йони, гарбха и др.), изображается в виде колокола, колокольчика (сс. гханта, гхантика, тибет. дильбу). Термин татхагатагарбха означает порождающее лоно, чрево высшего начала, космическое сознание, абсолют, содержащий все потенции мира, наполненную пустоту. Другое значение — интуитивная женская мудрость (праджня). Колокольчик с пестиком — символ единства мужского и женского начал, мудрости и метода, средства (упайя). Такое же значение имеет мудра в виде любовного объятия мужчины и женщины (сс. юганаддха, тибет. яб-юм). Слон-альбинос, белый слон означает величие. Его увидела мать Будды во время родов. Бог Сакра (Шакра) является на белом слоне, который держит в хоботе ваджру. Колесо — символ учения (Дхармачакра). Золотые рыбки — освобождение, цветок лотоса — чистота, зеркало — зеркалоподобная мудрость, которая не замутняется тем, что отражается в ней. Книга — высшая мудрость праджняпарамиты. Меч — просвещение, рассекающее тьму невежества. В архитектуре буддийских ступ и др. присутствуют символы первоэлементов материи: земля (квадрат), вода (круг или овал), огонь (треугольник) воздух (пустая чаша или полумесяц), эфир (маленький кружок, точка, пылающая капля мудрости или лиана). Символы используют для рефлексий и медитативного созерцания, что способствует приведению сознания в определенное состояние, благоприятное для духовной практики. В явной или неявной форме символы присутствуют не только в предметах культа, но во всем, что окружает буддиста: в орнаменте, в живописи, скульптуре. Природные объекты, животный мир, явления окружающей среды могут рассматриваться как символы, вызывающие в сознании ощущения и переживания, связанные с буддийскими доктринами невечности, изменчивости, единства, пустотности и т. д. Яркий пример — искусство дзэн. Широкое применение символики характерно для тантрического буддизма.

Следующая глава >

religion.wikireading.ru

ВАДЖРАЯНА (ТАНТРИЧЕСКИЙ БУДДИЗМ)

В начале второй половины I тыс. н. э. в буддизме Махаяны постепенно зарождается и формируется новое направление, или яна (колесница), получившее название Ваджраяны, или тантрического буддизма; это направление может считаться заключительным этапом развития буддизма на своей родине — в Индии. Само слово «тантра» никак не характеризует специфику этого нового типа буддизма. Тантра (как и сутра) просто тип текстов, в которых может и не быть ничего тантрического. Если слово «сутра» означает «нить», на которую нечто нанизывается, то слово «тантра», образованное от корня «тан» (тянуть, растягивать) и суффикса «тра», означает основу ткани; то есть, как и в случае с сутрами, речь идет о неких базовых текстах, служащих основой, стержнем. Поэтому, хотя сами последователи тантризма и говорят о «пути сутр» (Хинаяна и Махаяна) и «пути мантр», они предпочитают называть свое учение Ваджраяной, противопоставляя ее не Махаяне (тантры всегда подчеркивают, что Ваджраяна суть «путь», яна, внутри Махаяны), а классическому махаянскому пути постепенного совершенствования, так называемой Парамитаяне — Пути Парамит, или совершенств, переводящих на Тот Берег. То есть Ваджраяна противопоставляется именно Парамитаяне, а не Махаяне, которая включает в себя и Парамитаяну (достижение состояния Будды за три неисчислимых кальпы) и Ваджраяну (достижение состояния Будды за одну жизнь, «в этом теле»). В отношении аспекта мудрости (праджня) Ваджраяна не предполагает практически ничего нового по сравнению с классической Махаяной и базируется на ее философских учениях — мадхьямаке, йогачаре и теории Татхагатагарбхи. Все своеобразие Алмазной Колесницы связано с ее методами (упая), хотя цель применения этих методов все та же — обретение состояния Будды для блага всех живых существ. Ваджраяна утверждает, что главное преимущество ее метода — его чрезвычайная эффективность, «мгновенность », позволяющая человеку стать Буддой в течение одной жизни, а не трех неизмеримых мировых циклов — кальп. Вместе с тем наставники Ваджраяны всегда подчеркивали, что этот путь является и самым опасным, подобным прямому восхождению к вершине горы по канату, натянутому над всеми горными ущельями и пропастями. Малейшая ошибка на этом пути приведет незадачливого йогина к безумию или рождению в особом «ваджрном аду». Гарантией успеха на этом опасном пути является приверженность идеалу бодхисаттвы и стремление обрести состояние Будды как можно быстрее, чтобы скорее получить способность спасать живых существ от страданий сансары. Если же йогин вступает на Колесницу Грома ради собственного преуспеяния, в погоне за магическими силами и могуществом, его конечное поражение и духовная деградация неотвратимы.

Поэтому тантрические тексты считались сокровенными, а начало практики в системе Ваджраяны предполагало получение специальных посвящений и соответствующих им устных наставлений и разъяснений от достигшего реализации Пути учителя. Вообще же роль учителя, гуру, в тантрической практике чрезвычайно велика, и иногда молодые адепты тратили много времени и прилагали огромные усилия, чтобы найти достойного наставника. В силу этой сокровенности практики Ваджраяны ее также называли Колесницей Тайной Тантры или просто тайным (эзотерическим) учением (кит. ми цзяо). Все тантры, то есть доктринальные тексты Ваджраяны, представляющие собой, подобно сутрам, наставления, вложенные авторами тантр в уста самого Будды-Бхагавана, делились на четыре класса: крия-тантры (тантры очищения), чарья-тантры (тантры действия), йога-тантры (йогические тантры) и аннутара йога-тантры (тантры наивысшей йоги), причем последний, или высший, класс также делился на материнские тантры (если в них делался упор на мудрость (праджню) и женское начало), отцовские тантры (если в них особое значение придавалось методу (упае) и мужскому началу) и недвойственные тантры (если эти два принципа играли одинаковую роль). Каждому типу тантр соответствовали свои методы: в крия-тантрах преобладают внешние формы практики, прежде всего различные мистические ритуалы; в чарьятантрах появляются элементы внутренней, созерцательной практики; в йога-тантрах она преобладает, а аннутара йога-тантры уже исключительно относятся к внутренней психопрактике. Впрочем, аннутара йога-тантрам присущ и ряд весьма специфических черт, которые достаточно отчетливо различают этот тип тантрических текстов и тексты других классов. Основные методы, предлагаемые первыми тремя классами тантр, могут быть сведены к совершению особых, имеющих сложное символическое значение ритуалов-литургий и к практике мантр, технике визуализации (мысленного воспроизведения образов) божеств и созерцанию мандал. Практика чтения мантр имеет в Ваджраяне столь большое значение, что ее часто даже называют Мантраяной — Колесницей Мантр (иногда это название применяют к практике первых трех категорий тантр). Техника визуализации божеств также чрезвычайно разработана в Ваджраяне. Практикующий йогин должен научиться представлять того или иного Будду или бодхисаттву не просто как некое изображение, а как живого человека, с которым можно даже беседовать. Обычно визуализация божеств сопровождается рецитацией посвященных ему мантр. Особенно эта форма созерцания характерна для методов аннутара йога-тантр первой стадии практики (так называемая ступень порождения — утпатти крама). Аннутара йога-тантры (то есть, повторим, тантры наивысшей йоги) используют все описанные выше методы и приемы, однако их содержание в значительной степени изменено. Кроме того, тантрам этого класса присущ и ряд специфических черт, которые обычно и ассоциируются в популярной литературе со словом «тантра», и очень часто, когда говорят о тантрах, имеют в виду как раз тантры наивысшей йоги (Гухьясамаджа тантра, Хеваджра тантра, Чандамахарошана тантра, Чакрасамвара тантра, Калачакра тантра и др.). Что бросается в глаза при чтении тантрических текстов наивысшей йоги? Прежде всего мотивы греховного, преступного и ужасного, повторяющиеся в положительных контекстах темы прелюбодеяния, кровосмешения, убийства, воровства и даже каннибализма — все это рекомендуется к совершению истинному йогину, все, что, казалось бы, совершенно противоположно самому духу буддизма, всегда проповедовавшего нравственную чистоту, сострадание ко всему живому и воздержание. Ваджраяна сразу начинала работать с подсознанием и бессознательным, используя образы и архетипы для быстрого выкорчевывания самих корней аффектов: страстей, влечений (порой патологических), привязанностей, которые могли и не осознаваться самим практикующим, воздействуя, однако, на его сознание «изнутри». Затем только наступала очередь сознания, преображаемого вслед за очищением темных глубин подсознательного. Большую роль в определении гуру (учителем) конкретной практики для каждого ученика играло выяснение базового для его психики аффекта: является ли он гневом, страстью, невежеством, гордыней или завистью. Поэтому тексты Алмазной Колесницы неустанно повторяют, что аффекты должны не искореняться или уничтожаться, а осознаваться и трансформироваться, пресуществляться в пробужденное сознание, подобно тому как в процессе алхимической трансмутации алхимик превращает железо и свинец в золото и серебро.

Таким образом, тантрический йогин сам оказывается алхимиком, исцеляющим психику превращением скверны и страстей в чистую мудрость Будды. И если основой трансмутации металлов является некая первоматерия, образующая природу как железа, так и золота, то основой претворения страстей и влечений в мудрость Будды является буддхаттва — природа Будды, которая есть природа психики и всех ее состояний и которая присутствует в любом, даже самом низменном психическом акте, подобно тому как вода остается влажной как в морской волне, так и в любой загаженной луже: ведь эта грязь не имеет никакого отношения к природе воды, всегда влажной, чистой и прозрачной. Все тантрические тексты высокознаковы, семиотичны и вовсе не рассчитаны на дословное понимание. Многое в их интерпретации зависит от уровня, на котором текст истолковывается. Так, на одном уровне требование убить родителей может означать искоренение аффектов и дуалистического видения реальности, служащих как бы родителями для сансарического существа, а на другом — пресечение движения потоков энергии (праны) в позвоночном столбе посредством задержки дыхания в ходе йогической практики тантр. Особенно следует остановиться на сексуальной символике тантр, которая настолько очевидна, что даже стала ассоциироваться у западного обывателя с самим словом «тантризм». Отнюдь неудивительно, что работающие с подсознанием тантрические йогины особое внимание уделили сексуальности (либидо) как основе самой энергетики организма, который рассматривался как микрокосм — точная гомоморфная копия универсума.

Кроме того, Ваджраяна понимала блаженство, наслаждение (сукха, бхога) как важнейший атрибут природы Будды и даже провозгласила тезис о тождестве пустоты и блаженства. В некоторых тантрах вводится понятие Тела Великого Блаженства (махасукха кая), которое рассматривается как единая сущность всех трех Тел Будды. А наслаждение оргазма трактовалось тантриками как наиболее адекватное сансарическое выражение этого трансцендентного блаженства. В сексуальной йоге тантр оргазм должен был переживаться максимально интенсивно, используясь в психопрактических целях для остановки концептуального мышления, ментального конструирования (викальпа), избавления от субъектно-объектной двойственности и перехода на уровень переживания абсолютного блаженства нирваны. Кроме того, адепты Алмазной Колесницы соотнесли сексуальные образы подсознания с основными положениями махаянской доктрины. По учению Махаяны, пробужденное сознание рождается (не будучи, между тем, рожденным) из соединения искусного метода бодхисаттвы и его великого сострадания (каруна, ее символ — скипетр ваджра) и премудрости как непосредственного интуирования пустоты в качестве внутренней природы всех феноменов (праджня, ее символ — колокольчик). Эта интеграция сострадания-метода и мудрости-пустоты (юганаддха) и есть пробуждение (бодхи). Поэтому ничто не мешало тантрической традиции соотнести сострадание и метод — с мужским, активным, началом, а мудрость — с женским, пассивным, и метафорически представить пробуждение, обретение состояния Будды в виде находящихся в соитии мужской и женской фигур божеств-символов. Таким образом, тантрические изображения сизигий (пар) сочетающихся божеств есть не что иное, как метафорические образы единства сострадания-метода и пустоты-мудрости/блаженства, порождающих в экстазе любовного единения и наслаждения (в тантрах встречается даже каламбур бхога-йога, наслаждение суть йога, психопрактика) пробуждение как высшую целокупность, интегрированность всех психосоматических аспектов личности-микрокосма (в соответствии с тантрическим принципом тождественности, единосущности тела и сознания-ума). В настоящее время совершенно очевидно, что в ранний период развития Ваджраяны йогины, не принимавшие монашеских обетов, действительно практиковали сексуальные ритуалы, предполагавшие в качестве необходимого условия их эффективности самоотождествление партнеров с божествами. Иногда сексуальный ритуал являлся частью тантрического посвящения. Более того, утверждалось, что некоторые формы тантрической йоги, особенно на стадии завершения практики (утпанна крама, сатпатти крама), требуют реального соития с партнером (карма-мудра), а не его медитативного проигрывания в уме. Эти ритуалы продолжали практиковаться и позднее, в том числе и в Тибете, однако только йогинами, не принявшими монашеских обетов. Практика подобных ритуалов и йогических методов для монахов была строго запрещена, как несовместимая с Винаей, о чем совершенно отчетливо высказывались такие авторитеты тибетской буддийской традиции, как Атиша (XI в.) и Цзонкхапа (XIV-XV вв.), никоим образом, однако, не осуждавшие сами методы, если они практиковались йогинами-мирянами.

Поэтому в монастырях (практика методов аннутара йога-тантр в монастырской среде окончательно закрепляется в XI-XII вв.) от сексуальной йоги полностью отказались, довольствуясь их медитативным воссозданием при помощи практики визуализации и самоотождествления с визуализируемым персонажем. Но в любом случае тантрическая йога является отнюдь не техникой секса, проповедуемой многочисленными шарлатанами от тантры, и не способом получения чувственного удовольствия посредством мистического эротизма, а сложнейшей системой работы с психикой, с подсознанием для реализации религиозного идеала махаянского буддизма — психотехникой, включавшей в себя и своеобразный психоанализ и психотерапию. Здесь уместно указать на одно существенное отличие буддийского тантризма от развивавшегося параллельно с ним индуистского (шиваистского) тантризма. В буддизме женское начало — праджня, то есть премудрость, интуирование реальности как она есть и понимание природы сансары как пустых по сути состояний сознания; праджня пассивна. В шиваизме женское начало — шакти, то есть сила, энергия, единение с которой приобщает к миросозидающей мощи Бога; шакти по определению активна. Буддо-индуистское взаимодействие на уровне йоги зашло, однако, так далеко, что в самых поздних тантрах (например в «Калачакра тантре», начало XI века) появляется и понятие «шакти», до этого в буддийских тантрах не использовавшееся. На архаические корни тантризма могут указывать и элементы магических представлений и форм практики в рамках буддизма Ваджраяны, но также переосмысленных с точки зрения буддийской этики. Тантры полны описаний ритуалов, которые можно формально отнести к магии, причем, казалось бы, даже к вредоносной магии — магии ритуалов умиротворения, обогащения, подчинения и уничтожения. Однако в текстах делаются важные оговорки: тайные ритуалы уничтожения должны совершаться только ради блага живых существ (например, для истребления врага, способного уничтожить в данной стране буддизм или монашескую общину). Тем не менее можно найти в истории много примеров, когда соответствующие ритуалы совершались и по менее глобальным причинам. Здесь особенно характерен пример Японии. Так, в XIV в. к ним прибегнул император Годайго, боровшийся с военным сегунским правительством в Камакура; в 1854 г. монахи тантрической школы Сингон совершили аналогичные ритуалы, когда к берегам Японии подошла эскадра американского адмирала Перри, потребовавшего «открытия» страны на основе неравноправного договора, и, наконец, ритуалы подчинения и уничтожения регулярно совершались японскими сингонскими и тэндайскими монахами во время Второй мировой войны. Особенно характерно для этих целей совершение обряда «огненного подношения» (хома, или гома), уходящего, видимо, корнями еще в ранневедийскую эпоху (рубеж II и I тыс. до н. э.).

Тантрический буддизм фактически стал ведущим направлением поздней индийской Махаяны эпохи правления царей династии Палов, последних буддийских монархов Индии (VIII— начало XIII в.), и был в таком же статусе заимствован формировавшейся синхронно тибетской традицией. Тантрическую йогу практиковал и такой известный мыслитель, как Дхармакирти. По существу, логико-эпистемологическая ветвь йогачары в философии и тантра в буддийской практике и определяли специфику буддизма последнего периода его существования на его родине (хотя отдельные буддийские йогины-тантрики жили и в XV и даже в XVI в., но после мусульманского завоевания Бенгалии и Бихара в XIII в. буддизм как организованная религия в Индии исчезает). Оба эти направления — философия и логика поздней йогачары и Ваджраяна во многом определили специфику тибетского буддизма (а потом и монгольского, заимствованного также народами России — бурятами, калмыками и тувинцами). Напротив, на Дальнем Востоке тантра получила относительно незначительное распространение (хотя она и повлияла довольно сильно на иконографию китайского буддизма). Даже в Японии, где благодаря замечательной личности Кукая (Кобо Дайси; 774-835) тантрическая школа йога-тантр Сингон достаточно сильна, влияние тантры заметно уступало влиянию таких школ, как Чистая Земля, Нитирэн-сю, Дзэн или даже Тэндай. Это во многом объясняется тем, что китайский буддизм ко времени расцвета Ваджраяны уже практически сформировался (новая волна интереса к тантрам привела в XI в. к переводу ряда аннутара йога-тантр, но эти переводы сопровождались значительными купюрами и редакторской цензурой текстов). Кроме того, культурно-экологическая ниша Ваджраяны была занята в Китае даосизмом. Тем не менее Ваджраяна и поныне остается чрезвычайно актуальным для центральноазиатского буддизма и весьма интересным для религиоведения феноменом духовной жизни народов Востока.

Источник: Буддизм. Карманный словарь

terme.ru

  1. 1 2 Тулку Тхондуп. Ум Будды. Антология текстов Лонгченпы по Дзогпа Ченпо. — Саттва, 2006. — С. 464.
  2. Arnold, Edward A. As Long As Space Endures: Essays on the Kalacakra Tantra in Honor of H.H. the Dalai Lama. — Ithaca, NY: Snow Lion Publications, 2009. — 479 с. — ISBN 978-1-55939-303-4.
  3. Намкай Норбу Ринпоче. Дзогчен — состояние самосовершенства. — СПб: Шанг-Шунг, Уддияна, 2005. — 152 с. — ISBN 5-94121-025-6.
  4. ↑ См. «Буддийские тантры находятся с индуистскими тантрами в своеобразных хронологических отношениях: в целом они безусловно имитируют их и являются во всех отношениях вторичными (достаточно сказать, что во многих из них мужское и женское божество прямо называются Шивой и Шакти), но отчасти ощущается и их обратное влияние на более поздние шактистские тексты. Средой буддийских Тантр была и остается ваджраяна, типологически точно соответствующая шактизму, хотя тантристские мотивы обнаруживаются в сутрах махаяны, которые параллельны индуистским Пуранам, а также в буддийских махатмьях и стотрах, сделанных по образцу своих индуистских прототипов.»
  5. Энциклопедия Философия буддизма — Российская академия наук Институт философии / Редакционная коллегия: M. Т. Степанянц (ответственный редактор), В.Г.Лысенко (заместитель ответственного редактора), С.М.Аникеева, Л.Б.Карелова, А.И.Кобзев, А.В.Никитин, ст. A.A. Терентьева / 2011 г. «Наиболее ранние письменные свидетельства о существовании тантр (конкретно дакини и бхагини-тантр) встречаются лишь в начале VII в., в автокомментарии Дхармакирти к «Прамана-варттике». Хотя некоторые исследователи датируют древнейшие тексты Ваджраяны IV или даже III в. н.э., их доводы не общеприняты. Наиболее достоверные свидетельства указывают на то, что Ваджраяна интенсивно развивалась в конце I тыс.»
  6. 1 2 3 4 5 Торчинов Е. А. Введение в буддологию. Курс лекций. — СПб: Санкт-Петербургское философское общество, 2000. — С. 304.
  7. 1 2 Предисловие к английскому переводу Махавайрочана-сутры.
  8. 1 2 Stephen Hodge, The Maha-Vairocana-Abhisambodhi Tantra, RoutledgeCurzon, London, 2003, pp.4-5.
  9. Торчинов Е. А. Религии мира: опыт запредельного. Психотехника и трансперсональные состояния. — 4-е изд. — СПб.: Азбука-классика, Петербургское Востоковедение, 2005 г. Гл. Тантрический буддизм (ваджраяна). «Что бросается в глаза при чтении тантрических текстов наивысшей йоги? Прежде всего это мотивы греховного, преступного и ужасного, употребляющиеся в положительном смысле, темы прелюбодеяния, кровосмешения, убийства, воровства и других пороков — все это рекомендуется к совершению истинному йогину, все, что, казалось бы, столь противоположно самому духу буддизма, всегда проповедовавшего нравственную чистоту, сострадание и воздержание. И вдруг — заявления о том, что путь удовлетворения всех страстей тождествен пути их пресечения, вдруг проповеди, произносимые Буддой-Бхагаваном, пребывающим в йони, „лотосе“ женских половых органов, проповеди, от которых бодхисаттвы, слушающие их, падают в обморок, ибо наполнены эти проповеди призывами убивать родителей и учителей, совершать акты самого чудовищного кровосмешения, есть не только мясо животных, но и предаваться каннибализму, а также совершать подношения Будде мясом, кровью и нечистотами. Что стоит за всем этим? Неужели некие „сатанисты“ завладели образом кроткого Будды для совращения живых существ с пути освобождения? Или это что-то иное? Но что? В первый черед необходимо отметить, что метод тантр хотя и приводит, согласно традиции, к тому же результату, что и метод сутр классической Махаяны, тем не менее по своему характеру прямо противоположен ему»

ru.wikipedia.org